ЕДУ В КРЕМЛЬ. ЛЕТО 1996-го.


ЕДУ В КРЕМЛЬ. ЛЕТО 1996-го.

Ситуация с ликвидностью накалялась с каждым днём и стало понятно, что тянуть больше нельзя. Больше нельзя уже ходить с хорошей миной при такой игре. Нужно было идти и просить деньги у всех. У меня тогда был в хороших знакомых один из Заместителей Главы Администрации Президента Ельцина. Я понимал, что он там отвечал, не за вопросы, касающиеся банков, но выше него я уже никого не знал. Я позвонил ему и впервые сказал: «СПАСАЙ».

До этого он мне часто звонил с какими-то не большими просьбами, помочь тому, помочь этому. Мы помогали всегда, как могли, а тут я позвонил ему сам и сказал, что тема НЕ ШУТКА, мы на грани, нам нужна встреча где-то на самом верху, потому что нас не хотят слушать в ЦБ. И может быть огромный ВЗРЫВ! У нас сотни тысяч вкладчиков, десятки тысяч предприятий! В общем, СПАСАЙ.

Он перезвонил мне уже через несколько часов и сказал, что договорился о встрече в Кремле с Начальником ГПУ Ореховым! Нужно сказать о нём пару слов. Тогда, Главное Правовое Управление Администрации Президента (ГПУ) в кремлевских кулуарах называли внутренним политбюро, а Руслана Орехова, серым кардиналом Кремля! Ни много, ни мало. Без него и его визы тогда не уходила ни одна бумага к Ельцину и от Ельцина. Реально, тогда ОН МОГ ВСЁ!

Я тут же перезвонил Козыревой и сказал, что мне договорились о встрече с Ореховым. В тот момент я уже понимал, это был наш ПОСЛЕДНИЙ ШАНС. Встречу назначили на утро, в каком-то из зданий Кремля.

Я не спал тогда всю ночь, готовил как-то свою речь. Формулировал про себя какие-то доводы, аргументы. Была напечатана толстая папка с расчетами, с оценкой стоимости всех наших активов и пр.

Когда я въезжал утром на машине, через Боровицкие Ворота, мне казалось, я въезжаю в какой-то чудесный дворец, где всё время творят чудеса. На улицах кризисы, проблемы и прочее, а тут, за стенами Кремля, была тишина, спокойно стояли вековые ели. Авто тихо ехало по пустым внутренним улочкам Кремля. Когда я входил в огромное здание, с огромными дверями я был уже точно уверен, что здесь нам ВСЁ РЕШАТ, здесь НАМ ПОМОГУТ ВСЁ РЕШИТЬ.

Охрана провела меня по длинному длинному коридору в приемную к Орехову. Его приемная представляла собой какое-то огромное помещение, где на углах стояли какие-то старые, но добротные еще советские столы. По-советски выглядел тут же стоящий электрочайник. Ничего сверхмодного и сверхсовременного тут не было. Все было старым, но добротным. И секретарши были — две старые и угрюмые тетки. Меня попросили подождать. За это время к Орехову никто не заходили и не выходил, и вроде бы секретарь его ни с кем не связывала. Наверное, он «работал».
Где-то через час, секретарь попросила меня зайти и открыла мне дверь. Кабинет был огромным и длинным. А его стол стоял в дальнем углу этого кабинета. Пока я шёл к нему и сел на стул напротив, он так и не оторвал своего взгляда от компьютера и всё продолжал смотреть в этот компьютер, периодически нажимая какие-то клавиши и передвигая мышку. Я протянул руку поздороваться, но он так и не поднял на меня взгляд и продолжал что-то делать за компьютером. Я опустил руку, сделав вид, что не заметил и сел напротив него. Я впервые увидел в этот момент этого «серого кардинала Кремля». Он оказался молодым человеком, не намного старше меня , а может и не старше. Щуплого вида, маленький, как мне показалось.

«Какой у Вас вопрос?» — спросил он, так и не отрываясь от своего компьютера. И я начал излагать суть. Мол у нас большой Банк, более 30 филиалов по все стране, сотни тысяч вкладчиков, 10-ки тысяч предприятий-клиентов. У нас огромная вексельная программа, которую мы развивали для решения проблемы неплатежей , большой расчетный центр для банков и т.д. и т.п.

«И?» — произнес он через некоторое время, так и не отрываясь от компьютера и что-то там толи печатая, толи заполняя… одновременно слушая мой рассказ о Банке. У нас проблемы, сказал я. Мы много денег вложили недвижимость, есть несколько построенных и купленных офисных центров в Москве, в Твери, много отделений по Москве и городам. Много кредитов. Это все большие деньги, этих денег достаточно, но в моменте ЛИКВИДНОСТИ НЕ ХВАТАЕТ. Нам нужно срочно помочь, дать денег. Например, в залог этих наших зданий. Этих денег нам точно хватит. Мы просили уже у всех банков на рынке, но у всех сейчас недостаток ликвидности и никто, даже в залог зданий, НЕ ДАЁТ. Нам нужна ПОМОЩЬ ЦБ!

«А куда всё это время смотрело ЦБ ?!» — в ответ резко сказал он мне. А точнее даже не мне, а куда-то в воздух, а точнее в сторону своего компьютера, в которые он все так и продолжал смотреть. И далее я стал слушать его монолог на тему, что он давно говорит ФСФР, что эти ребята в ЦБ вообще ни зачем не следят. У них там во всех этих Банках полный бардак, эти Банки распоряжаются деньгами, как хотят, а они там вообще ни за чем не следят и не контролируют. В принципе, в тот момент я понимал, что он отчасти прав, но одновременно я стал понимать, что он вряд ли будет нам помогать, при таком его отношении к ЦБ.

«Мы, к сожалению, не контролируем Центральный Банк и помочь в этом вам НЕ СМОЖЕМ» — в конце концов сказал он. Но, спасибо за информацию, я доложу Президенту, что в банковской системе БАРДАК, коммерческие банки делают с деньгами что хотят, а ЦБ их ни как не контролирует! «С этим нужно кончать!» — отрезюмировал он, и наконец-то поднял на меня в первый раз взгляд и протянул руку, чтобы попрощаться. Стол был большой, и я обошёл его, чтобы пожать ему руку. Пожал руку, сказал: «До свидания». И уходя, глянул в его компьютер. Там на весь экран сверху вниз падали разные фигурки.

Он играл в тетрис…

Источник https://www.facebook.com/sergey.vasiliev.106



Теги: